Крамола — историческое понятие¶

Крамола — историческое русское слово, обозначавшее в Древней Руси и раннее Новое время заговор, мятеж, государственную измену или иную тяжкую вину против князя, государя или церкви. В современном русском языке слово употребляется преимущественно в историческом и ироническом контексте, сохраняя оттенок «крамольного», «преступного» по отношению к власти замысла.

¶Этимология и значения

Происхождение слова связывают с древнерусским «крамола» — «распря, раздор, вражда, ссора», восходящим к праславянскому корню со значением «ломать, разрушать» (сравнимо с болг. крамола «распря, раздор», сербохорв. крамола «распря, мятеж»). В древнерусских памятниках слово встречается с XI века.

В «Слове о полку Игореве» (конец XII века) встречается форма «крамольник» — обозначение врага, нарушителя мира. В летописях «крамолой» называли заговоры против князей, феодальные междуусобицы, а также преступления против церковного порядка.

Основные значения слова в историческом контексте:

• заговор, тайный умысел против государя или власти;
• мятеж, восстание, государственная измена;
• в церковном обиходе — ересь, тяжкий грех, вражда с церковью;
• переносно — любое «преступное» с точки зрения власти деяние или высказывание.

¶Употребление в Древней Руси

В политической и церковной лексике Древней Руси «крамола» была одним из ключевых обозначений преступления против установленного порядка. Летописные своды XI–XV веков регулярно используют это слово для характеристики действий князей-нарушителей мирного договора, усобиц, а также для обозначения церковных ересей.

В «Повести временных лет» (начало XII века) «крамольники» — участники заговоров и мятежей. Нестор-летописец описывает таковыми тех, кто нарушал княжеское слово и мир меж князьями. В церковных текстах «крамолой» называли ереси — например, движение стригольников в Новгороде XV века или жёсткую полемику против жидовствующих.

Слово входило в формулы клятв и договоров: князья, заключая мир, клялись «не таить крамолы». Нарушение такой клятвы считалось одним из тяжчайших преступлений.

¶Крамола в эпоху Смутного времени

Наиболее ярко слово «крамола» и производные от него формы проявились в эпоху Смутного времени (1598–1613). Летописи, сказания и публицистика того периода активно использовали это обозначение для характеристики Лжедмитриев, их сторонников, изменников-бояр, а также для обозначения самозванческой деятельности вообще.

В «Сказании о Михаиле Скопине-Шуйском» и других памятниках начала XVII века «крамольники» — участники заговоров против законной власти. Понятие «крамола» стало одним из центральных в риторике легитимности: всё, что противоречило избранному царю и соборному решению, объявлялось крамолой.

¶Слово в русской литературе XIX века

В XIX веке «крамола» вошла в литературный язык как архаизм со значением «государственное преступление, заговор против власти». Слово активно использовали писатели, историки и публицисты для стилизации под старину.

Александр Пушкин в «Борисе Годунове» (1825–1830) и в исторических работах употребляет «крамолу» для обозначения заговоров и измен. Михаил Лермонтов в «Повести об одном московском молодом человеке» (1838) вкладывает в уста героя фразу о том, что «в русской грамматике есть неизвестное западным языкам склонение: подлежащее — я, дополнительное — крамола» — ироническая отсылка к тому, что в России любое инакомыслие властями расценивалось как государственное преступление.

В советской и постсоветской публицистике «крамола» и «крамольный» используются иронически — для характеристики резкой критики власти, радикальных высказываний, диссидентских идей.

¶Крамольники в исторической памяти

В русской культурной традиции «крамольник» — двойственная фигура. С одной стороны, летописцы и церковные авторы клеймили крамольников как изменников и еретиков. С другой, часть из них вошла в национальный пантеон: например, участники декабристского движения XIX века, осуждённые властями за «крамолу», в советское время были реабилитированы и прославлены.

Само слово «крамола» с течением времени утратило юридический статус и перешло в разряд историзмов и стилистических архаизмов, сохраняясь в языке художественной литературы, исторических исследований и публицистики.

¶Историография

Изучением значения и употребления слова «крамола» в древнерусских памятниках занимались филологи и историки, в том числе авторы «Словаря русского языка XI–XVII вв.» (издаётся с 1975 года), «Словаря русского языка VIII–XVII вв.» под редакцией Г. А. Багалуя и других академических изданий. В трудах по истории русского литературного языка (В. В. Виноградов, С. П. Обнорский) «крамола» рассматривается как пример семантического развития слова от значения «вражда, распри» к значению «государственное преступление».

Источники:

• «Словарь русского языка XI–XVII вв.», изд. АН СССР
• «Повесть временных лет» (летопись Нестора)
• «Слово о полку Игореве»
• Виноградов В. В. «Очерки по истории русского литературного языка X–XVII вв.»
• Обнорский С. П. «Пути развития русского литературного языка»
• Пушкин А. С. «Борис Годунов»
• Лермонтов М. Ю. «Повести и рассказы»